Терем судьбы

Звон тридцати монет

Из серой мыши сделали звезду,
Лев постарался, жаловал убогих,
Вскарабкавшись на славы высоту,
Решила мышь, что здесь порядки строги,

Дремлет в теплом лоне семя,
Льётся тонкой струйкой время,
Замер мир и ни души
Не отозвалось в тиши.

Сон найдёт. Не спит девица.
Не смыкаются ресницы,
Заперта в глухой темнице,
Бьётся сердце жаркой птицей.

Проснулась бабочка, согретая теплом,
За окнами зима, бело и стыло,
Печь нежно шепчет, согревая дом,
И чудится, что лето наступило.

Прости. И отпусти обиды.
Дай им с собой краюшку в путь,
пусть пожуют ее чуть-чуть
на ход ноги. И свалят сыты.

Пограничная межа,
Как заточенный кинжал,
Режет всё на «до» и «после», —
Что отсёк, того не жаль.

Я стараюсь вернуться, папа!
Я пытаюсь пробиться, мама!
Вы же помните, я упрямый,
Плоть от плоти от вас упрямых!

Года китайскою стеной
Меня надежно защищают,
От любопытных глаз скрывают,
Мои секреты — все со мной!

Серебром пространство шьёт,
Закипает в пенных лужах,
Нитями бежит из кружев
Туч,

Не руки и не шея, не наряд
вам истину о возрасте не скажут.
Пережитое выдаст женский взгляд,
который помыслы в итоги свяжет.