Хочу порассуждать про особенности нашего мышления и открывающиеся в связи с этим возможности для решения практических задач.
Мы эволюционировали (здесь даже не важно от кого и когда) в условиях большой природной нагрузки на все органы чувств.
Понятно, что эволюция предполагает закрепление некоего выгодного признака в последующих поколениях.
Поэтому применительно к конкретному индивиду мы говорим не об эволюции, а об адаптации.
Адаптационные возможности зависели и продолжают зависеть от нашей гибкости: психической (сенсорной, эмоциональной), психологической (поведенческой), физиологической и физической. Что такое гибкость? Это возможность и умение изменять себя без травматизации.
Оставляя за рамками этого текста тему физиологической и физической адаптации, остановлюсь на психической и психологической. Хотя признаю, что адаптация также как дезадаптация явление комплексное и в этой связи разделение на ее виды не просто условное, но схематичное.
Итак, мы попадаем в условия, когда непривычно сильные раздражители (эмоциональный фон другого человека или группы людей, важное событие, его ожидание или последствия, эмоционально значимая информация и т.д.) воздействуют на наш мозг, приводя его в состояние невозможности ни осознать происходящее, ни принять какое бы то ни было решение, ни прекратить негативное влияние среды. Наше внутреннее состояние разбалансировано и фактически относится к разряду измененных состояний с негативной окраской.
Для выхода из кризиса должны быть запущены механизмы адаптации к происходящему. Хочу обратить внимание на то, что если ранее положительного опыта преодоления такого рода состояний не было, то энергетические затраты организма на даже пребывание в дезадаптации могут быть чрезмерными и повлечь не только расстройство психики, но и соматические заболевания.
В этой связи могут быть полезны суггестивные тексты, применяемые как человеком самостоятельно, если он к этому подготовлен заблаговременно и имеет навык их использования, или с помощью специалиста.
Теперь более подробно о суггестивных текстах (текстах, направленных на внушение человеку желательных установок, не противоречащих его воле).
На мой взгляд ярким примером суггестивных текстов являются стихи. Недаром те, кто в принципе любит поэзию, в минуты волнений обращаются к любимым строчкам и перечитывают их, переводя остроту собственных переживаний в воспроизведение вербальных (словесных) образов.
Однако, здесь есть одно существенное «но». И заключается оно в том, что поэт, как правило, не ставил своей задачей вывести читателя на позитив. Стихотворение, изначально подходящее к нахлынувшему состоянию и позволяющее присоединить состояние к словесным образам, может на этом и остановить свое воздействие. В нашу же задачу входит как психологическое присоединение к состоянию того, кто попал в беду, так и постепенное и мягкое «вытягивание» его до возможности принять как факт то, что с ним происходит, осознать себя целостной личностью и упорядоченно подойти к поиску приемлемого решения. В этой связи пишутся специальные тексты для работы с такими состояниями. Они не обязательно должны быть стихотворными, но для эффективных суггестивных текстов необходима череда ритмов. Недаром лучшим и самым эффективным из суггестивных инструментов является музыка. По сути нам нужна «словесная» симфония «мажор в миноре». Можно попытаться обойтись и собственно музыкальными произведениями. Но во-первых, они могут быть недоступны физически, а во-вторых музыка готовит почву, «разминает» психику, приводит ее в состояние «открытости» к определенным эмоциям, но если сам человек не готов к осознанию происходящего, то он скорее «спрячется» за порожденной музыкой эмоцией, нежели примет ее как необходимый, но далеко не заключительный этап в реализации адаптационного механизма.
В этом плане более надежным инструментом могут быть подобранные по смыслу и звучанию слова, не отторгаемые психикой и позволяющие «зацепить» и «тащить» в приемлемом направлении весь эмоциональный фон, мягко перестраивая конструкцию восприятия происходящего в потенциал действия.
